Судьба, видать, определена каждому своя: кому — песни петь, кому — за горло певцов душить.
Человеку более по душе самый глубокий ужас, чем естественное объяснение представшего ему призрака; он не довольствуется здешним миром, ему надобно увидеть нечто из иного мира, не требующее телесной оболочки, чтобы стать видимым.
Когда идеи прививают как оспу, к идеям возникает иммунитет.
— У меня к вам предложение. — Рационализаторское? — Да, где-то.
— Отказ от своего мнения всегда дурно пахнет.
Ее доброта и исключительная душевная сила легко побеждали низменные женские чувства — злобу и зависть.