В его сердце вновь начала расцветать надежда — этот неуничтожимый сорняк человеческой души.

Очень часто лучшее лекарство — это обойтись без него.

Самое великое в Гомере то, что не было до него никого, кому бы он мог подражать, и не нашлось после него никого, кто смог бы подражать ему.

Очень редко имеет смысл быть невежливым; но быть невежливым только наполовину никогда не имеет смысла.

Высочайший экстаз, как и боль, настраивает на серьезный лад, и человек в таком состоянии — это безмолвный мнимый труп с побелевшим лицом, однако внутри он переполнен неземными грёзами.