Стоит лишь появиться надежде на месть, как снова вспыхивает ненависть.

Если и есть на свете нечто такое, что не поддалось усовершенствованию со времен Средневековья, то это дамская сумочка.

Десять лет назад я бы никогда не поверил, что буду пить вино со своим духовником; но я бы тогда тоже ни за что не поверил, что буду убивать людей и меня за это не только не повесят, но наградят орденом, — и все-таки это случилось.

У некоторых женщин мозги как сточная канава: если нет грязи, они ее выдумают.

Вначале любая оригинальная теория признается абсурдной, потом — верной, потом — самоочевидной и незначительной, и, наконец, столь важной и самобытной, что бывшие критики присваивают ее себе.