Птицы обычно поют после бури. Почему люди не могут также свободно радоваться солнечному свету, который им остался?

Ни смерть, ни удары судьбы, ни муки не способны сравниться с отчаянием от утраты собственного «я».

После поэта остаются книги, после художника — полотна, после государственного деятеля — страницы истории. А после человека? Разве что память, немного света и тепла.

Увы, каждый из нас способен рухнуть в грязь, измученному сердцу грязь кажется освежающей.

Одни становятся известными благодаря своему уму, а других считают умными, потому что они известны.