Я ко всему могу относиться равнодушно. Равнодушно — но не одинаково.

— Взрослые, конечно, всегда правы. Но я еще не взрослый. Зачем мне эта ваша правота?

Суеверие опасно, допускать его существование — в этом даже есть известная трусость. Относиться к нему терпимо — не значит ли это навсегда примириться с невежеством, возродить мрак средневековья? Суеверие ослабляет, оглупляет.

Свобода не в отсутствии обязательств, а в возможности выбирать — перед кем лучше всего эти обязательства нести.

Если существуют два способа сделать что-либо, причём один из которых ведёт к катастрофе, то кто-нибудь изберёт именно этот способ.