— Я вообще не врач, я актёр, я только играю врача!
— А в больнице об этом знают?!

Всякая государственность — застывшая революция; всякая революция — расплавленная государственность.

Чем лучше человек, тем он мягче и снисходительнее к недостаткам других.

Храбрость занимает среднее место между самонадеянной отвагой и робостью.

Жизнь часто кажется чем-то вроде долгого кораблекрушения, обломки которого — дружба, слава, любовь: ими усеяны берега нашего существования.