Дорогой, даже моему ангельскому терпению приходит конец.
— Убить всех людей, я должен убить всех людей... — Эй! — О, Фрай! Мне снился чудесный сон, и ты в нем был.
— Раненый, что ли? — Так точно!.. Из огурца.
Лжешь ты мне или говоришь правду, я все равно тебя люблю, потому что ты моя и все, что твое, то и мое тоже, и ничто в мире не сможет этого изменить.
Надежда доставляет нам большое удовольствие, но это удовольствие столь интенсивно потому, что будущее, которым мы распоряжаемся по своей воле, предстает одновременно во множестве форм, одинаково заманчивых и одинаково возможных.
Надо иметь некоторый опыт обращения с людьми, чтобы отличить знаки истинной благосклонности от льстивых любезностей, сказанных из корысти или из тщеславия.