Отсутствие чистоты сердца он возмещал внешним благочестием.

Как много дел считались невозможными, пока они не были осуществлены.

— Эй, аптекарь, дай мне опиум. У меня понос.
— Наконец-то я вижу человека с нормальной болезнью. Рецепт, я вижу, у вас есть...

Без нужды скрывать дела свои так же глупо, как и трезвонить о них встречному и поперечному.

— Господин пастор, синематограф — это лекарство для страждущих.
— И опиум для народа!