Он представил себе, что случится, если люди вдруг возьмут за правило встречать новый день криками, полными отчаяния. Даже если этим займутся лишь те, у кого имеются реальные основания кричать и вопить, то и тогда получится невообразимый шум.

Правда о чем бы то ни было походит на чашу с рыболовными крючками — ты пытаешься рассмотреть одну малюсенькую правдочку, а вытаскиваешь на свет божий всю их черную и опасную гроздь.

Чьи похороны, тот и заказывает музыку.

Я должен был бы быть твоим Адамом, а стал падшим ангелом, которого ты безвинно отлучил от всякой радости.

В конце концов, народы бывают тем, чем сделало их правительство.