Даже в худшем из нас есть что-то хорошее, черта, которая искупает все остальное.
Его лицу так недоставало натурального румянца, что казалось, если он вдруг порежется, то у него пойдет белая кровь.
Великодушие гибнет в периоды долгого мира. Долгий мир ожесточает людей. Долгий мир производит апатию, низменность мысли, разврат, притупляет чувства. Социальный перевес во время долгого мира всегда под конец переходит к грубому богатству.
Когда мы напуганы, то стремимся все подчинить своему контролю. Таким образом мы не допускаем в своей жизни положительных изменений. Доверьтесь жизни. В ней есть все, что нам нужно.
— Ты у меня не вызываешь никаких эмоций. — А что вызываю? — Рвотный рефлекс!
Неужели вы столь наивны, чтобы верить газетам? А ещё журналист...