Как бы цель жизни нашей ни была пуста и незначительна, мы не можем презирать этой цели, если не хотим сами быть презренными.

Ницше, внешняя сторона жизни которого была более чем однообразна, доказывает, что мысль, работающая в одиночестве, сама по себе страшное приключение.

Страх — самосознание, поднятое на более высокий уровень.

Небольшая доза тайны будоражит мозг, ее чрезмерность притупляет.

Новая теория начинает господствовать, когда вымрут сторонники старой.