Когда говорят, что писатель в моде, это почти наверняка означает, что восхищаются им только люди до тридцати лет.

Я этот сериал смотрю уже третий раз, в этом месте у нее всегда неприятности!

Под куполом бесстрастно молчаливым
Святых небес, где все лазурь и свет,
Нам кажется, что можно быть счастливым,
А счастья нет.

То, что живо — само по себе разумно. Оно становится карикатурой, если ему не дают жить.

Чтобы напиться до безобразия, мне теперь хватает одной рюмки. Не могу только запомнить, тринадцатой или четырнадцатой.