Разум фанатика подобен зрачку глаза — чем ярче свет, изливаемый на него, тем больше он суживается.
Когда тысячи убивают одного, то, значит, победил этот один.
Без наслаждений нет счастья на земле.
Объяснённый поэт — всё равно что увядший цветок: нет красок, нет аромата — место ему в сорной куче.
Как вообще нередко безукоризненно нравственные женщины, уставшие от однообразия нравственной жизни, она издалека не только извиняла преступную любовь, но даже завидовала ей.
Жизнь безмерно богата. Будет другое, может быть, очень похожее, может, почти такое же, но эта секунда уплыла навсегда.