Горе может, конечно, душа таить, но тайного счастья она не переносит.
Смерть никогда не обманешь, хотя жизнь обмануть можно.
Вначале было слово. Потом — слова, слова, слова...
Бог — затычка для дыры неизвестного.
Я настолько курнос, что через дырочки моего задранного кверху носа можно разглядеть, о чем я думаю.
А разве на родину можно обижаться? Родина всегда права. Люди могут ошибаться, могут быть неправыми, даже злыми, но родина злой быть не может, ведь правда? И обижаться на нее неразумно.