Человек становится человеком не в силу земных и вещественных начал, из которых сложилось тело его, но в силу того, что он может разуметь истину и хотеть благо.

Человечеству не нужно, чтобы ему делали добро, наоборот, оно отвергает всяческие попытки сделать ему добро.

— Ты даже не представляешь, насколько люди склонны интерпретировать факты так, как им хочется.

Наиболее заманчивые для нас те вопросы, на которые нет ответа.

Желая добиться во что бы то ни стало успешного выполнения какого-нибудь плана, мы нередко хватаемся за любое средство, каким безнадежным оно бы ни казалось.