Между яростью и безразличием я всегда выберу ярость.

С какой стати нам заботиться о том, что будет после нашей смерти?

Большой город с помощью своих коварных ухищрений обольщает не хуже иных соблазнителей.

Бедствия располагают к милосердию и человеколюбию, благоденствие доводит до высокомудрия, ввергает в беспечность, делает надменным и расслабляет нас.

Все начинается с выбора.