Он был напуган так же, как и я. Я смотрел на него и видел самого себя.
Человеческую жизнь нельзя, в сущности, назвать ни длинной, ни короткой, так как, в сущности, она именно и служит масштабом, которым мы измеряем все остальные сроки.
Мы нигде. Вот и всё.
Путь от головы к перу намного длиннее и труднее, нежели путь от головы к языку.
Кажется, люди больше гневаются, когда их правам наносится легкий ущерб, чем когда они совершенно лишаются их благодаря насилию.
У старости остались честь и долг.