Никто из людей, которых я знал (а я знал почти всех), не может считать себя совершенно невиновным.

Мне некогда грустить, слишком много времени уходит на то, чтобы радоваться жизни.

Я люблю Америку больше всего на свете — и именно поэтому настаиваю на своём праве непрерывно критиковать её.

Наука даровала нам много благ, свободу от многих болезней, быстрый транспорт, облегчение в труде. Но утрачено старое представление о человеке как о центре Вселенной. Мой типичный герой ощущает пустоту.

Она удивлялась самообману миллионов женщин, которые всю жизнь до самой смерти уверяют себя, будто глупая хозяйственная суета доставляет им удовольствие.