Книги были моим первым наркотиком.
Мы — не беспомощные пылинки, гонимые ветром судьбы. Каждый из нас подобен прекрасной снежинке — неповторимой, созданной с особой целью и по особой причине.
Лишь когда в человеке взыграют его душевные силы, он истинно жив для себя и для других; только когда его душа раскалена и пылает, становится она зримым образом.
Хаос – вещь относительная. В жизни, мы сталкиваемся с ним в самых разных проявлениях и так или иначе приспосабливаемся.
Умение молчать часто бывает вершиной мысли.
На моем веку было очень много прогресса, но, боюсь, не в том направлении.