Никто из сделавших правильный и мудрый выбор никогда бы не отнес его на счет судьбы; единственный реальный фаталист — тот, у кого все из рук вон плохо. Фатализм не приносит утешения. Верящий в судьбу лишен возможности крикнуть: «Да пошли вы, с меня хватит», — потому что он знает, что рожден трусом и лишь вопрос времени — то, когда он сдастся, не удивив этим никого, даже себя.

Бывает тишина, о которой нельзя сказать: я внимательно слушал и не услышал ничего, кроме тишины.

Я подумаю потом. Сейчас я тебя слишком ненавижу.

Многие только потому и не грешат до свадьбы, что не знают, как это приятно, или же потому, что жених не настаивает.

Она довольствовалась собственным обществом легко и естественно, как кошка.