О, дайте вечность мне,— и вечность я отдам За равнодушие к обидам и годам.
Мы ищем прибежища в посредственности, отчаявшись в той красоте, о которой мечтали.
Книга — это не кино и не фотография, ее нельзя воспринимать глазами. Нельзя писать, как видишь. Надо писать, как чувствуешь.
Люди уподобляются детям в том отношении, что, если им спускать, они становятся непослушными.
Извращения? Не вижу в этом ничего плохого — по крайней мере, до тех пор, пока это не причиняет неудобств другим.
- Вот он! Старик - это Локсли! - Ты уверен? А похож на Марка Твена...