— Анфиска, Раиска! Кончай сидроль!

Желание, чтобы нас помнили после смерти, суетно, потому не удивительно, что желанием этим обыкновенно пренебрегают.

Сколько нелепостей говорится людьми только из желания сказать что-нибудь новое.

Ах, у каждого человека в душе, где-то, в её плохо освещённых закоулочках, бродят такие полумысли, получувства, полуобразы, о которых стыдно говорить вслух даже другу, такие они косолапые.

Я нигде так не скучал по деревне, русской деревне, с лаптями и мужиками, как прожив с матушкой зиму в Ницце. Ницца сама по себе скучна, вы знаете. Да и Неаполь, Сорренто хороши только на короткое время. И именно там особенно живо вспоминается Россия, и именно деревня.