Никогда я не понимал и не знал того, что люди называют скукою жизни. Жизнь интересна, и я люблю ее за ту великую тайну, что в ней заключена, я люблю ее даже за ее жестокости, за свирепую мстительность и сатанински веселую игру людьми и событиями.

Все религии чужды природе и страшны для здравого смысла; сколько нибудь сильный разум смеется над ними и испытывает к ним отвращение.

Мир полон историй любви, и все любовники в каком-то смысле — аватары своих предшественников.

Насколько же перо более жестоко, чем меч!

— Пустячок, а приятно.