Почему любопытству, иначе говоря честолюбию, которым испытывает нас давший нам жизнь, так трудно противиться? Знание — это власть, а душа человека тайно вожделеет всякой власти; помимо стремления добраться до сути, безудержный интерес к чужой истории и, что важнее всего, некий запрет возбуждают наш аппетит.

Тем, кто обуздывает свои желания, удается это делать лишь потому, что желания их не настолько сильны, чтобы быть необузданными.

Всего удивительнее во Зле — его абсолютно человеческие черты.

Давайте не будем смотреть назад с гневом или вперед со страхом, а оглянемся вокруг с пониманием.

Ничего не делать умеет любой.