Живая ложь гораздо хуже, чем неживая правда.

При разговоре трудно сопротивляться порыву разболтать тайну – словно у информации имеется собственное желание жить и способность размножаться.

За изысканной красотой всегда скрывается что-то трагическое.

Падение слишком быстрое можно принять за полет.

Конкретное потому конкретно, что оно есть синтез многих определений, следовательно, единство многообразного.