Я не пессимист. Я замерзший, усталый, голодный оптимист.
Скажите, пожалуйста, много ли таких людей, которые других-то резать право имеют?
Если красота — это совершенство, то почему заурядная лань красивее самого совершенного крокодила?
Основано ли государство честными людьми или разбойниками, управлять им все равно будут бюрократы. Они его и погубят.
А завтра будет чудесный день! И потом, и еще потом, много-много — и все чудесные.
Деньги, конечно, есть деспотическое могущество, но в то же время и высочайшее равенство, и в этом вся главная их сила: деньги сравнивают все неравенства.