Ее прозвали девушкой с двумя извилинами: одной – чтобы дышать, другой – чтобы стоять прямо.

Вот труп в смешной рубашке, вот труп без смешной рубашки, вот я в смешной рубашке, а вот родственники трупа орут на меня.

Ничто так не льстит мужчине, как обвинение в донжуанстве.

Что бы тебе ни причиталось, ты получишь, но не тогда, когда тебе это нужно.

Я бы не увидел что-то, если бы не верил в это.