Ему нравится быть одному, а значит, он, по всей вероятности, интересный человек.

Для нас, людей, всё постоянно — до тех пор, пока не изменится, и все мы бессмертны — пока не умрём.

Что-то на душе как-то исключительно гнусно.

День — это метафора человеческой жизни: пробуждение, невинное утро, хлопотливый полдень и его помпезное завершение, потом блеклые предвечерние часы, потом усталость, потом смертельная усталость, уверенность в ночном покое, потом кошмары и, наконец, глубокий сон без сновидений.

За полгода до смерти Гумилев сказал мне: "В сущности, я неудачник". И еще: "Как я завидую кирпичикам в стене – лежат, прижавшись друг к другу, а я так одинок".