Любое ограничение свободы, даже с целью предупредить злоупотребление ею, невыносимо, оно подавляет душу, ибо резко противоречит природе человека.

— Как вы долго не шли. Я жду вас тут уже кусочек вечности.

— Посмотрите хоть раз правде в глаза! Пианино для мебели, книги под цвет обоев... Пус-то-та!

Во многом знании — немалая печаль,
Так говорил творец Экклезиаста.
Я вовсе не мудрец, но почему так часто
Мне жаль весь мир и человека жаль?

Час работы научит больше, чем день объяснения.