— Грешный я человек, нарочно бы к большевикам записался, только чтобы тебя расстрелять. Расстрелял бы и мгновенно выписался бы обратно.

Дом, в котором царит счастье, не может быть слишком тесен.

Самые сухие сердца всегда легче воспламеняются.

Человек не властен над своим сердцем, никого нельзя считать преступником за то, что он полюбил или разлюбил.

Страх и любопытство, как известно, частенько оказываются в одной упряжке; пусть они и не идут нога в ногу, однако тянут нас в одну сторону.