Когда Шуберту было столько лет, сколько мне, то он уже три года, как умер.
Трудно найти на свете человека, который хоть раз в жизни, выражаясь языком научным, не вляпался бы в какую-нибудь историю.
Книга есть кубический кусок горячей, дымящейся совести — и больше ничего.
Всякое начало трудно,— эта истина справедлива для каждой науки.
Влюбиться — не значит любить: влюбиться можно и ненавидя.
Отсутствие иронии – знак того, что человек не ощущает вертикальную компоненту мироздания. То есть разницу между высоким и низким.