Подлинная память о любой войне живет всего три поколения: чтобы чувствовать, что она значила для тех, кто ее пережил, нужно слушать об этой войне от них самих — сидя у них на коленях.

Страх все истолковывает в худшую сторону.

Бессмертие — единственное, что не терпит отсрочки.

Для иных учителей нет больших мук в мире, чем слишком верующие и последовательные ученики.

Некоторые пьют взахлеб из фонтана знаний, а другие только полощут горло.