Падко бабье сердце на жалость, на ласку.
Благодаря телевидению мир стал большой деревней, а изрядная часть передач возрождает деревенские сплетни.
Нет больше нужды ни в божественной любви, ни в преданности. Я не жалею о веке чувствительных душ. Всё имеет смысл: и презрение, и милосердие, поэтому я оставляю за собою место на вершине ангельской лестницы здравого смысла.
Я никогда не состарюсь. Мне нужны переживания, а не воспоминания.
Странно, когда кто-то вдруг появляется в твоей жизни, оставляет в ней яркий след и также внезапно исчезает навсегда.
— У меня язык стал волосатым... — Он у тебя всегда был волосатым. Что ты ел? — Как всегда, всё со всем подряд.