Двумя руками можно издавать каждый закон: одна — справедливость, другая — возможности, и каждая из них проверяется другой. Многое — возможно, но несправедливо, но все справедливое — возможно.

Кто любил хоть раз, хорошо знает, как много в жизни и скорби и радости.

Отец мой непрестанно мне твердил одно и то же: имей сердце, имей душу, и будешь человек во всякое время. На все прочее мода: на умы мода, на знания мода, как на пряжки, на пуговицы.

Что бы ни делал человек, пока он не нарушает интересов той группы людей, в которой живет, это никого не касается.

Сама по себе жизнь ничего не означает до тех пор, пока не появляется человек, пытающийся истолковать её явления.