Когда люди так много себя отдают посторонним, не знак ли это, что им уже меньше нужно друг от друга?

У каждого, кого он в жизни любил, бывала какая-то своя странность. Но вот что удивительно: вызывая у него поначалу тягу к ее обладателю, та же странность в конце концов неизменно разрушает в нем эту тягу.

В науках мы ищем причин не столько того, что было, сколько того, что могло бы быть.

Эксплуатироваться негодяями может любая, самая светлая идея.

Несчастье делает человека легкоранимым, а непрерывное страдание мешает ему быть справедливым.