Бог может простить нам грехи наши, но нервная система — никогда.
Добродетели, как и тело, более укрепляются тренировками, нежели питанием.
Деспот, когда он становится им, превращает себя в раба.
Как странно, что именно то, к чему я относился враждебно и на что привык смотреть как на идолопоклонство, в дни одиночества и тревоги является моей единственной опорой и утешением.
Свобода — это право делать, что хочешь, и мешать другим делать то, что они хотят.
Неприятности не стоят в очереди — они входят все сразу.