Русский человек как-то туго поддается выдержке и почти совсем не может устроить, чтобы на всяком месте и во всякое время вести себя с одинаковым самообладанием. Есть у него в этом смысле два очень серьезных врага: воображение, способное мгновенно создавать разнообразные художественные образы, и чувствительное сердце, готовое раскрываться навстречу первому попавшемуся впечатлению.

Если б мне утром сказали, что я вас смогу уважать ещё меньше, я бы не поверил.

Когда берешь интервью, обращайся со знаменитостью, как с простым смертным. А с простым смертным как со знаменитостью.

Мы до последнего держимся за свою боль, справедливо подозревая, что она и есть мы сами и, если отнять её у нас, мы больше нигде себя не найдём. Поэтому к свободе мало кто спешит, а кто обрел её, на всякий случай помалкивает.

Нехорошо, что ты сегодня такой хороший. Мне больше нравится, когда ты притворяешься злым.