Человека можно уговорить, но развеселить против его воли нельзя.

Если меня спросят, почему в моём сердце нет никакой религии, то я отвечу, что я утратил её по вине самой же религии.

Когда уходит родная душа, начинает сдавать и тело.

Что за удовольствие от удавшегося преступления, если о том не знает ни одна живая душа.

Пусть пятьсот тысяч чертей унесут в ад любовь, которая может стоить жизни двум честным людям!