В царской России человека на дно уводили пороки. В Советской России — достоинства.
Люди есть люди, и речь их похожа на хор лягушек в пруду.
Ненависть великая сила. Или, по крайней мере большое развлечение, придающее интерес жизни.
То, что видишь каждый день много лет, постепенно превращается в памятник тебе самому — каким ты был когда-то,— потому что несет на себе отпечаток чувств уже почти исчезнувшего человека.
Мораль кончается там, где начинается оружие.
Надежда — это когда чувствуешь, что то, что ты чувствуешь, не может продолжаться вечно.