Сегодня труднее официально приговорить одного-единственного человека к смерти на костре, чем развязать мировую войну.

Лихорадке первой любви не суждено повториться дважды.

Вероятно, все мы боимся, как бы не наговорить громких слов. С их помощью люди так нестерпимо много налгали. Может быть, мы боимся и наших чувств. Мы уже не доверяем им.

Было плохо, станет лучше. К миру злобы не питай.

Мертвый уносит частицу тебя самого. Какую-то долю надежды.