Главное, чем мы живем, — это страх. Страх быть непонятым, страх, что о тебе плохо подумают.
Любовь, выражаемая в письме, опасна, не говоря уж о её бесполезности.
Мы ничему не учимся у того, кто говорит: делай, как я. Единственными нашими учителями являются те, кто говорят «делай со мной».
Пит сперва выглянул, увидел, какая аппаратура дожидается его в родильном отделении, как-то понял, куда он рождается, и стал хвататься за что попало, чтобы не родиться.
Если родился не по ту сторону забора, где тебе требуется, по-моему, ты в праве через него перелезть.
Взрослый человек не может снова стать ребенком, не впадая в детство. Но разве его не радует наивность ребенка и разве сам он не должен стремиться к тому, чтобы на более высокой ступени воспроизвести присущую ребенку правду?