Если больной очень хочет жить, врачи бессильны.
Последняя степень отчаяния — когда сомневаешься даже в том, что ты есть.
— Ты много выпил? — Ни капли. Ничего я не пил, кроме кофе и грусти.
Есть ли на свете горчее сиротских слез?
Что такое остроумие, как не рассчитанное вторжение бессмыслицы в смысл.
— Жадность – большой грех. — У меня бизнес. Государство защищает бизнес. А государство безгрешно. Так то.