Весь мир замыкался для него в пределы шелковистого обхвата её платьев.

Кто не любит жизни, тот недостоин её; кто не дорожит её радостями и легко расстаётся с ними, тот либо не сумел оценить их, либо душа его так черна, что он способен видеть в жизни только дурное.

Кто усовершенствовался, тот не может верить тому, чтобы это усовершенствование кончилось.

Вы боитесь глубоко устремленного взора, вы страшитесь сами устремить на что-нибудь глубокий взор, вы любите скользнуть по всему недоумевающими глазами.

Большинство людей жалуется на «нелюбезность», когда им говорят правду.