Я еще ничего не сделал, а уже жалею.

Война — это для людей все: отсутствие безработицы, свобода от жены и детей, обманчивое ощущение цели в жизни.

Принцип национальности господствует у людей над принципом внутренней свободы. Народы охотнее согласились бы потерять свои либеральные учреждения, чем утратить свое имя и свою землю.

Наша душа и есть то горнило, в котором достоверное переплавляется в истинное.

Но уж так устроен человек, что трудно ему судить о своих делах по общему правилу: охотник он делать исключения в свою пользу.