Лишь мелкие люди вечно взвешивают, что следует уважать, а что — любить. Человек истинно большой души, не задумываясь, любит всё, что достойно уважения.

Страшнее, чем чванство и гордость,
Нет на земле ничего. Всякие беды от них.

Кто отрицает свободу другого, сам свободы не заслуживает. Если тут наступит деспотия, я предпочел бы эмигрировать в страну без претензий на любовь к свободе — в Россию, например, где деспотизм может считаться чистым, без низменной примеси лицемерия.

Все хорошо, пока не пойдет плохо.

Относительность истины влечёт за собой относительность существования мира.