Историк рассудителен, а история — нет.
Мысль — та же пища. Мыслить — значит питаться.
Человеку в горе всегда утешительно видеть на столе что-нибудь вкусненькое.
Оставаться скромным по отношению к нескромности — это и есть самая серьезная нескромность духа.
В радости, как и во всяком наслаждении, почти всегда есть нечто жестокое.
Нет правил без исключения. Но когда исключения становятся правилом, общество опрокидывается.