Я не считаю своим первостепенным долгом нравиться всем и вся.

Жизнь, из которой ушла любовь, становится в определенной степени условной и противоестественной.

В радостях и удовольствиях мы не всегда обречены быть одинокими.

Мудростью нельзя обогатиться. Это процесс не обретения, а скорее освобождения. Люди становятся мудрее, когда чего-то лишаются.

Дождь льет с упорством, уму не постижимым, и воздух настолько пронизан сыростью, что крыша над головой представляется всего лишь данью человеческим условностям.