Есть учителя, которых ничему нельзя научить.
Кто не читал предисловия, тот знает только половину книги.
Важно не то, как берутся за дело — смело или робко, — а то, чем все это кончается.
Вы знаете больше, чем вам это кажется, но меньше, чем хотели бы знать.
Больше всего публика превозносит того, кто является одновременно объектом восхищения, уважения и сострадания.
Случай есть излом логики, ее вывих. И тогда начинает работать система неопределенности.