Гордыня, сыграв в человеческой комедии подряд все роли и словно бы устав от своих уловок и превращений, вдруг является с открытым лицом, высокомерно сорвав с себя маску.

В национальном характере мало хороших черт: ведь субъектом его является толпа.

То, что мы привыкли называть рассудком, — не что иное, как самоуверенный нарост, который совсем недавно появился на зверином мозгу.

Жизнь — это долгое падение. Главное — уметь падать.

Давать нуждающемуся, выставляя себя напоказ, – не очень-то хорошо; но деликатно не дать ничего – едва ли намного лучше.