В груди у меня возникает знакомый трепет, такая абсолютно иррациональная эйфория.
Самое ужасное заключается в том, что, сколько ни задавай себе вопросов, на них все равно не найти ответа.
Страх — это страсть воистину поразительная, и врачи говорят, что нет другой, которая выбивала бы наш рассудок из положенной ему колеи в большей мере, чем эта.
Разговор, из которого изгнан дух насмешки, всегда будет скучен и бесцветен.
— Отчаянный террорист... — Все террористы отчаянные.
В опьянении всякий — невольник гнева и беглец ума.